Сетецентрическая война: основные черты, особенности и принципы ведения

Сетецентрическая война миф или реальность, реализация концепции современного ведения боевых действий

2015 года 9 мая на параде Победы в Москве публике был впервые показан новейший российский танк Т-14 «Армата». Создатели позиционируют его в качестве боевой машины следующего поколения, оснащенной новейшей электроникой, совершенными системами защиты и нападения.

Представители российского ВПК с гордостью заявили, что «Армата» — это танк, созданный согласно концепции «сетецентрической войны» (Network-centric warfare), способный выполнять не только ударные функции, но и проводить разведку, давать целеуказания для САУ и РСЗО.

Подобные заявления вызвали интерес к термину «сетецентрическая война». Что он означает? Почему ее называют военной доктриной XXI столетия? И насколько готова российская армия к ее практическому использованию?

Сетецентрическая война (не путать с сетевой) – это военная доктрина (или концепция), которая была разработана и впервые применена на практике американцами. В ее основу положен постулат, что значительно повысить эффективность собственных войск можно за счет их объединения в единую информационную сеть, работающую в режиме реального времени.

Это звучит довольно просто, но для того чтобы воплотить эту идею в реальность американцам понадобилось несколько лет, десятки проведенных экспериментов и симуляций, а также сотни миллионов долларов, потраченных на новое оборудование, программное обеспечение и обучение войск.

В настоящее время концепция «сетецентрической войны» занимает важное место в американских военных доктринах Joint Vision 2010 и Joint Vision 2020.

Создание единой информационной сети способно в несколько раз увеличить мощь вооруженных сил без увеличения их численности. Сетецентрическая война позволяет подняться на новый уровень управления войсками, значительно уменьшая время принятия решений.

Применение новых информационных технологий позволяет изменить классическое соотношение сил наступающей и обороняющейся стороны на противоположное.

Естественно, это справедливо при условии, что обороняющаяся сторона не имеет возможности вести сетецентрическую войну.

Сетецентризм — война для постмодерна

По теории сетецентрической войны уже написано огромное количество материалов. Эта тема вызывает огромный интерес, причем не только у профессиональных военных, но и среди представителей сугубо мирных областей познания.

Считается, что история человечества может быть условно разделена на три большие фазы: аграрную, индустриальную и постиндустриальную. Им соответствуют такие социологические понятия, как премодерн, модерн и постмодерн. Сегодня развитой мир живет в эпоху постмодерна, с этим периодом неразрывно связана информационная эпоха, которая началась несколько десятилетий назад.

Постмодерн и информационная эпоха стремительно и кардинально меняет уклад жизни человечества. Сетецентрическая война – это просто перенос основных подходов и принципов постмодерна в военную сферу.

Не вызывает удивления и тот факт, что применение сетевых принципов постмодерна в военном деле может привести к настоящей революции. Это уже было: внедрение информационных и сетевых технологий в бизнес и экономику показало их значительное превосходство над старыми индустриальными моделями.

Развитие военного искусства и смена парадигм вооруженной борьбы на протяжении всей истории человечества определялось дальностью поражения противника и количеством врагов, которых можно уничтожить в определенную единицу времени.

Сначала было холодное оружие, лук и копья, затем несовершенные огнестрелы и первые образцы артиллерии. Затем появилось автоматическое огнестрельное оружие, дальнобойная артиллерия, авиация и ракетное оружие.

То есть, сначала исход военных конфликтов определялся средствами индивидуального поражения, затем группового, сегодня мы располагаем оружием массового поражения.

Военная техника развивалась путем совершенствования боевых платформ, повышения их огневой мощи и защищенности.

Технологии последних десятилетий позволили создать действительно мощные и смертоносные образцы военной техники.

Гораздо меньше изменился способ управления войсками: как и сотни лет назад он имеет четкую иерархическую структуру, хотя скорость передачи и обработки данных, конечно же, значительно возросла.

Однако для управления современными боевыми платформами он уже не подходит. Более того, зачастую он сводит на нет потенциальные возможности боевой техники.

Если сравнивать доктрину сетецентрической войны с концепцией Blitzkrieg (фон Шлиффен, 1905 год) и глубокой операции (Триандафиллов, 1931 год), то становится очевидным, что Network-centric warfare отличается большей гибкостью и обеспечивает большую эффективность ведения боевых действий.

В традиционных доктринах вся информация собирается и передается вверх в штабы, где обрабатывается и спускается вниз в форме приказов. Скорость реакции такой системы зависит от пропускных способностей каналов связи и быстроты работы командования.

Управления является полностью централизованным, при уничтожении штаба или канала связи подобная система полностью «зависает».

Принципы сетецентрической войны, ее основные особенности

Концепция «сетецентрической войны» была разработана тремя американскими военными: вице-адмиралом Артуром Себровски, научным сотрудником Пентагона Джоном Гарсткой и адмиралом Джей Джонсоном. Впервые она была описана в статье, опубликованной в 1998 году.

В основу новой концепции было положено утверждение о том, что добиться победы над противником можно за счет достижения информационного и коммуникационного превосходства, объединив свои военные силы в единую сеть.

Это позволяет значительно повысить качество управления войсками, существенно увеличить темп проведения операций и эффективность огневого поражения. Также, по мнению разработчиков доктрины, объединение вооруженных сил в единую информационную сеть значительно повысит их живучесть, уровень самосинхронизации, позволит оптимизировать снабжение группировки.

Адмирал Джей Джонсон считал, что создание всеобщей военной информационной сети, способной действовать в реальном времени значительно повысит скорость командование войсками, что обеспечивается и уменьшением времени принятия решений командованием, и увеличением скорости их передачи в войска.

Сетецентрическую войну нельзя назвать новым видом войны, скорее, это революционный способ организации и ведения боевых действий.

Благодаря наличию полной информации о силах и расположении неприятеля, а также о текущей конфигурации собственных войск у командования появляется возможность упреждать противника на всех этапах развертывания и ведения боевых действий.

Противная сторона всегда будет отставать на несколько шагов, что лишит ее возможности предпринимать какие-либо ответные действия, что приведет ее, в конечном счете, к полному хаосу и потере боеспособности. Данные теоретические выкладки были полностью подтверждены в ходе боевой операции американцев в Ираке (2003 год).

В статье было введено понятие «сетецентрические силы», под которым понимались войска, оружие и военная техника, способные принимать участие в Network-centric warfare.

Источник: https://MilitaryArms.ru/voennye-konflikty/setecentricheskaya-voyna/

Сетецентрические войны – готовность №1?

Понятие «сетецентрическая война» было введено в оборот вице-адмиралом военно-морских сил США Артуром Себровски и экспертом КНШ Джоном Гарстка еще в 1998 году.

Это понятие подразумевает повышение боевых и тактических возможностей воинских формирований в вооруженных конфликтах и современных войнах за счет имеющегося информационного превосходства, а также объединения всех участвующих в боевых действиях сил и средств в одну единую сеть.

Затем, как уже сложилось по традиции, к идее подключились журналисты, которые специализируются на военной тематике, Джон Арквилла и Дэвид Ронфельд.

Они поставили перед собой цель убедить членов американского Конгресса в том, что намного лучше и удобнее иметь много дешевых и простых боевых платформ, чем несколько дорогих и сложных.

Этот же принцип касается и военных подразделений.

Конечно, для того, чтобы деятельность их была эффективной, необходимо наладить между этими подразделениями и командными пунктами связь — некое подобие Интернета.

В таком случае даже небольшой взвод, численность которого не превышает 50 солдат, будет представлять собой весьма значительную силу, если это формирование будет связано с другими силами и иметь сетевой контакт хотя бы с небольшим числом бомбардировщиков-истребителей.

Идея находилась на рассмотрении с 90-х годов прошлого века. Уже в то время уровень развития радиотехнической и космической разведки мог обеспечить войска актуальными данными о силах противника. А введение в эксплуатацию систем GPS, а также интенсивное использование цифровых карт позволили сделать привязку к определенной местности и целям.

Были созданы и новые системы наведения, в частности, Tercom, в результате чего появилось и высокоточное оружие.

Огромное количество средств ведения радиоэлектронной борьбы дало возможность подавлять комплексы управления противника, что приводило к дезориентации.

Поэтому, практически единственное, что необходимо было добавить – это связать все эти средства при помощи скоростных каналов закрытой связи и обеспечить передачу данных по этой сети.

В случае успешного создания глобального боевого Интернета, который можно использовать для передачи информации в режиме реального времени, такая система позволит вести контроль и управление всеми родами и видами войск из единого центра.

Таким образом, новая система даст возможность Пентагону непосредственно контролировать ситуацию в любой точке земного шара, где американцы надумают «устанавливать демократию».

К тому же у Президента будет возможность наблюдать за ходом боя на мониторе компьютера и в случае необходимости связаться с командирами.

Реализация комплекса всех необходимых компонентов рассчитана на 10 лет. Таким образом, она должна быть завершена к 2020 году.

Она будет проводиться в рамках создания Единого информационного пространства. Предполагалось, что на программу внедрения этого замысла в жизнь необходимо более 200 млрд.

долларов, но уже сейчас только в сухопутных войсках на реализацию этих целей потрачено 230 миллиардов.

Одним из результатов программы должно стать создание Глобальной информационной сети, призванной обеспечивать информацией все элементы системы нацбезопасности государства.

Эта сеть обладает сервисно-ориентированной архитектурой.

Сеть имеет структуру, которая обеспечивает совместное использование информации не только в рамках одного вида вооруженных сил, но и в рамках сетевого обмена информацией между различными подразделениями и видами войск.

Вместе с тем, имея достаточно информации и высокоточное оружие нанести удар вовсе не сложно. Главное – определить, куда нужно ударить. Поэтому в теории сетецентризма существует такое понятие, как система приоритетных целей, суть которого заключается в системном анализе государства-жертвы. Анализ этот основан на концепции «пяти колец».

Читайте также  Дроны-убийцы из солдатского рюкзака

Главная цель – это, как правило, политический лидер, которого нужно уничтожить (можно и не в буквальном смысле, не физически, а психологически, заставив отречься от власти или покинуть страну).

Далее – промышленно-энергетический комплекс страны.

И лишь на последней позиции выступают национальные вооруженные силы, потому как при правильном внедрении концепции с ними-то и воевать не нужно будет, в стране автоматически вспыхнет революция.

Яркие примеры использования идей сетецентрической войны и концепции «пяти колец» — Ливия, Ирак, а в настоящее время – и Сирия. Процессы и схемы везде одинаковы, а сценарии захвата власти в этих странах отработаны практически до абсолютного совершенства. Американская военно-политическая элита не останавливается и перед подкупом командования противника. Это и более выгодно, и потери меньше…

Читайте также:  Новый ручной пулемет калашникова рпк-16

Таким образом, идея сетецентрической войны – это в большей степени ментально-философская концепция, чем техническая (если, конечно, рассматривать ее в контексте вышесказанного). Готовность к такого рода войне определяется состоянием умозрения военного руководства, их способностями повернуть процесс принятия решений противниками в направлении, выгодном для себя.

Но если учитывать технологии и рассматривать систему с точки зрения военного применения, то идея сетецентризма – это концепция управления, а не ведения боевых действий, то есть, по сути, система эта является отражением технологических подходов к проблеме реализации единого управления вооруженными силами США.

Но в США нашлось немало высокопоставленных чиновников, которые выступили против системы сетецентрических войн.

Часть оппонентов сильно сомневается в том, что система будет достаточно эффективной, что ее можно будет использовать в разного рода конфликтах, в частности, в условиях городского боя.

По утверждению других, чрезмерная надежда на высокие технологии может стать причиной уязвимости системы, ведь техника может дать сбой.

Кроме того, существуют и другие проблемные вопросы, в частности, будут ли информационные системы войск коалиции совместимыми, будут ли частоты достаточно емкими для проведения сетецентрических операций, как выходить из положения в случае непредвиденных ситуаций.

Отправной точкой начала критики стало не слишком удачное использование системы в период первой иракской войны.

Напомним, в апреле 2003 года между американскими войсками и иракской армией произошел бой за мост, пересекавший реку Евфрат. Этот мост был последним препятствием для американцев на пути к столице.

Но именно это место чуть не превратилось в боевую могилу для американских солдат, и скорее чудо, чем компьютеры спасли их от гибели.

А начиналось все вполне обычно. Солдатам была поставлена задача – захватить и удерживать большой мост в юго-западном направлении от Багдада до тех пор, пока не подойдут основные силы.

Перед началом операции разведка внимательно изучила фотографии, полученные со спутников, сообщила, что мост не охраняется и никаких войск противника в окрестностях не наблюдается.

Поэтому бой на подступах к мосту стал неприятным сюрпризом для американцев, которые вынуждены были в течение суток держать оборону и отражать контратаки иракских войск, которых насчитывалось порядка 8 тысяч человек и примерно 70 единиц бронетехники и танков.

А ведь американские войска были оснащены системами, которые планируется использовать в сетецентрической войне. И как же такая совершенная система не обнаружила скопления довольно большого количества людей и техники? Тем более странно звучат комментарии Пентагона по этому поводу: оперативная группа двигалась настолько стремительно, что обогнала разведывательную службу…

Читайте также  «Арена» — комплекс активной защиты танка

На вооружении американских сухопутных войск находилась система под названием «Блю Форс Трекер», при помощи которой можно отмечать расстановку сил на поле боя. Информация эта должна была быть оперативной и обновляемой.

Система напоминает компьютерную игру: на мониторе все войска, которые принимают участие в бою, обозначаются иконками, причем, свои силы отмечены синим цветом, а силы противника – красным.

Иконки эти должны передвигать вручную офицеры разведки, пользуясь при этом полученной со спутников и беспилотников информацией.

Но поскольку синие иконки оставались на месте, то командиры предположили, что красные тоже должны быть статичными, но на самом деле это было вовсе не так. На практике также порядка было мало. Несмотря на то, что в штабе знали о присутствии иракских войск в зоне моста, командиры на местах не видели на мониторах ни одного вражеского подразделения.

Позже, в ходе обсуждения неудач в Ираке, американское командование, которое верило в эффективность сетецентрической системы, объявило, что виноваты программные и архитектурные недостатки системы.

Офицеры разведотделов также подтвердили информацию, что система оказалась практически бесполезной, поскольку информация поступала крайне медленно, что негативно сказывалось на оперативности в принятии решений.

Если возникала необходимость получить новые данные, приходилось останавливаться, разворачивать огромное количество антенн, и таким образом устанавливать связь с армейской системой мобильной связи.

Часть критиков системы утверждали, что она подходит для ведения боевых действий и проведения операций на море и в воздухе, но совершенно неприемлема для сухопутных войск.

В частности, американский генерал Скейлз, уже будучи в отставке, сказал, что идея сетецентрической системы, подразумевающая создание в небе всевидящего ока, на практике оказалась провальной, и за этот провал пришлось потратить сотни миллиардов долларов.

Если говорить об открытых источниках информации, то необходимо отметить, что в последнее время в американской прессе все реже встречаются публикации, посвященные вопросам сетецентрических войн.

А те, которые иногда можно увидеть, все более критичны.

По мнению экспертов, в американской военной стратегии инновационным технологиям отводится слишком много места, а на само деле надежды на то, что они помогут на поле боя – несостоятельны, не подкреплены достаточной базой.

По словам самих же представителей Пентагона, в скором времени придется вступать в бои с иррегулярными войсками, поэтому ответ на вопрос: «Будет ли хоть сколько-нибудь эффективной сетецентрическая система в новых условиях?» очевиден. Более того, военные действия в Ираке и Афганистане продемонстрировали, что полагаться на технологии в условиях, когда войска противника смешиваются с мирным населением, нельзя.

Таким образом, если говорить о «мирном» варианте применения сетецентрической системы, то она уже давно доказала свою эффективность и состоятельность, но о «военном» варианте этого сказать пока нельзя.

Прогресс, конечно, это очень хорошо, но идея сетецентризма в ходе ведения боевых действий может иметь не столько положительное, сколько отрицательное воздействие, стать причиной снижения уровня необходимых знаний, а также дезориентировать командиров в местах ведения реального боя.

С каждым новым веком война видоизменяется.

И если раньше основным ее признаком было использование оружия, то в настоящее время для начала войны вполне достаточно оказать сильное психологическое и ментальное воздействие на определенный народ, а дальше он сам сделает все, что нужно.

Война, таким образом, — это не всегда физическое насилие, это зомбирование сознания населения при помощи информационных технологий, которое приводит к возникновению агрессии. За примерами далеко ходить не нужно: газовая война, сырная война, война компроматов…

/Валерий Бовал, topwar.ru/

Источник: https://army-news.ru/2012/09/setecentricheskie-vojny-gotovnost-1/

Сетецентрическая война — война информационной цивилизации

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 4/2008, стр. 78-80

Сетецентрическая война — война информационной цивилизации

Полковник А.В. РАСКИН,

доктор военных наук

Полковник B.C. ПЕЛЯК,

кандидат военных наук

XXI ВЕК ознаменовался вступлением человечества в информационную эпоху.

В военном деле это выразилось в переходе от крупномасштабных оперативных действий, ведущихся массовыми армиями на определенном участке местности, ограниченном фронтом, тылом и флангами, к локальным (максимум региональным) войнам, в ходе которых применяются небольшие, мобильные, оснащенные новейшим вооружением и информационными системами соединения и части.

Это подтверждается опытом военных конфликтов конца прошлого — начала нынешнего века, в которых вооруженные силы США и НАТО при ведении военных действий стремились не вступать в непосредственный контакт с группировками сухопутных войск противника, делая основную ставку не на применение живой силы в ближнем бою, а на использование глобальных систем наблюдения и целеуказания, высокоточных средств поражения и систем управления, действующих по сетецентрическому принципу.

По сути изменилась модель вооруженного конфликта. Агрессор, обладающий технологическим превосходством, вместо фронтового столкновения с противником, стал применять силы и средства на всю глубину его территории. Количество войск, развернутых на определенном направлении, перестало играть решающую роль в достижении целей операции.

Для обеспечения превосходства теперь уже недостаточно иметь в своем распоряжении требуемый боевой потенциал, а важно задействовать его в нужном месте и в нужное время. Военные действия приобрели новое содержание.

Они стали проводиться в форме сетецентрических операций с применением разновидовых тактических группировок (Афганистан, 2001; Ирак, 2003).

Вопросы, касающиеся сущности сетецентрических операций и особенностей управления войсками в ходе их ведения, достаточно широко обсуждались на страницах настоящего журнала.

При этом некоторые авторы довольно скептически высказались в отношении отказа при ведении сетецентрической войны от классической иерархической системы управления войсками.

В этой связи представляется целесообразным более подробно остановиться на данном аспекте.

Прежде всего необходимо четко уяснить принципиальное отличие иерархических структур от неиерархических. Для первых характерно наличие управляющих (командных) подсистем. Во вторых — управляющие функции распределены между всеми элементами или группами, когда каждая подсистема непосредственно взаимодействует с любой другой.

Важная особенность неиерархических структур состоит в том, что в них нет подсистем, принимающих независимые от других подсистем решения. Поэтому командиры разновидовых боевых тактических групп, действующие в едином информационном поле, не могут принимать независимые от командиров других групп сети решения.

В сетецентрических операциях каждая группировка непосредственно взаимодействует с любой другой через единое информационное поле.

Необходимо отметить, что речь не идет об отказе от иерархической системы управления войсками вообще. В модели сетецентрического управления, по нашему мнению, в различных структурах сети применяются практически все виды управления. Речь идет о смешанных структурах.

Так, в звене (элементе) сети используется иерархическое управление; в ячейке сети — законы иерархического управления неприменимы, здесь управляющие воздействия формируются исходя из взаимополезности элементов сети, для чего преимущественно используются горизонтальные связи; на уровне сети управление осуществляется путем координации действий ее ячеек.

На наш взгляд, использование только классической иерархической системы управления войсками эффективно при ведении войны массовыми армиями, когда темп проведения операций позволяет сторонам делать тактические (оперативные) паузы и когда не создано единое информационное поле ведения военных действий.

Динамика сетецентри-ческих операций такова, что при слабых горизонтальных связях между ячейками сети и одновременно при сильной вертикальной связи сеть можно привести в состояние хаоса.

Боевые группы (элементы сети) при слабых горизонтальных связях не будут иметь возможности осуществлять качественное непрерывное оперативное планирование своих действий в едином информационном поле. Действительно, командиру группы специального назначения безразлично, с авиацией какого рода войск он будет взаимодействовать, наводя самолеты на цель.

Однако отсутствие устойчивой горизонтальной связи с авиационными группировками не позволит ему качественно решить поставленную задачу. Но при этом командиру боевой группы недостаточно выдать координаты целей, он должен доложить предложения по способам их поражения.

Читайте также:  Охотничий костюм: выбор для разного времени года

Управление боевыми группами со стороны командно-штабного центра заключается в координации их действий в рамках единого информационного поля.

И именно сосед «слева» и (или) «справа» будет обеспечивать боевые действия автономной боевой группы, а вот координацию этого обеспечения будет производить командно-штабной центр путем обслуживания заявок, поступающих от автономных групп.

При этом необходимо заметить, что командиры боевых групп не всегда представляют, кто ими на самом деле управляет. Кроме того, решение на ведение боевых действий может осуществляться децентрализовано.

Следует также понимать различие между иерархическим управлением и координацией. Иерархия подразумевает наличие жестко связанных между собой органов управления и объектов управления. При координации органы управления не привязаны жестко к объектам управления и имеют ограниченные властные полномочия в отношении них.

В сетецентрических операциях изменяется понятие «взаимодействие войск». Единое информационное поле позволяет повысить качество восприятия текущей обстановки, создать единообразное для своих сил представление о текущей ситуации, поднять взаимодействие своих войск на качественно новый уровень, повысить степень согласованности и целенаправленности их действий.

В заключение своих статей все авторы высказались о необходимости на основе анализа войн и военных конфликтов последних десятилетий разработать практические рекомендации по подготовке адекватных действий своих войск в условиях проведения сетецентрических операций.

По их мнению, технологической мощи потенциального противника целесообразно противопоставлять асимметричные меры противодействия, суть которых заключается в переносе вооруженной борьбы в сферы, где технологическое преимущество не может быть использовано в полной мере.

С такого рода методами войска коалиции столкнулись в Ираке в 2003 году. Боевые действия против регулярной армии Ирака в 2003 году длились 23 дня и закончились, на первый взгляд, безоговорочной победой США и их союзников.

Однако при этом (в отличие от Югославии) не была решена главная задача войны — замена режима партии БААС на авторитетное, эффективно действующее прозападное правительство, способное объединить разрываемую противоречиями страну.

В основу мер противодействия агрессору иракское руководство пыталось положить следующие принципы.

Первый — стремление вынудить вооруженные силы противника вступать в неожиданное боевое столкновение в ближнем бою, в условиях снижения эффективности применения технических средств разведки и целеуказания.

Ведь ход и исход боевых действий в современных условиях стал определяться не только огневой мощью, дальностью поражения, маневренностью сил и средств и другими энергетическими характеристиками оружия, но в еще большей степени уровнем развития информационной техники, т. е.

средств сбора, передачи, обработки, хранения и представления информации, управления оружием и войсками, что существенно затруднено в условиях сложного рельефа (в горах, дельтах рек, джунглях и т. д.).

Второй— создание в зоне конфликта сложной информационной обстановки, когда командование не в состоянии контролировать все потоки информации.

Это связано прежде всего с параллельной работой в зоне конфликта множества наблюдателей, комментаторов, сотрудников местных и зарубежных СМИ, неправительственных организаций, международных институтов, представителей бизнеса, которые занимаются сбором, обобщением и передачей информации о происходящих событиях.

Третий — достижение информационного паритета с противником путем задействования невоенных глобальных систем передачи и обработки информации по всему миру, что дает возможность противостоять информационному превосходству регулярных вооруженных сил, а в некоторых случаях сводить его на нет. Современный уровень глобализации позволяет боевым группам противопоставить высокой маневренности вооруженных сил США и их союзников способность легко перемещаться, беспрепятственно передавать информацию по всему миру и оказываться в нужном регионе в нужное время.

Конечно, данные принципы более характерны для ведения боевых действий иррегулярными вооруженными формированиями. Тем не менее они могут, на наш взгляд, быть положены в основу адекватных действий наших войск в ходе проведения противником сетецентрических операций.

Военная Мысль. 2005. № 3. С. 21; 2006. № 1. С. 66; № 7. С. 13.

Источник: http://militaryarticle.ru/voennaya-mysl/2008-vm/10198-setecentricheskaja-vojna-vojna-informacionnoj

Сетецентрические войны

Академия ФСО  России

кафедра №10

Реферат на тему: «Сетецентрические  войны».

                                                                    Выполнил: сержант Усков К.А.

                                                              Руководитель: кандидат технических

                                                                                       наук, доцент

                                                                                       полковник  Киселев А.А. 

Орел 2011 

                                          Оглавление

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………………………………………3

ГЛАВА 1. Понятие национальной безопасности………………………………….4

    1. Военная безопасность……………………………………………….……..……….4
    2. Теория концепции сетецентрической войны…………………………….…….…5

ГЛАВА 2. Основные направления в развитии концепции сетецентрической

войны……………………………………………………………………………………..8  

2.1   Принцип самосинхронизации………………………………………….……….…8                                                                                                                                                      2.2   Роль информационных сетей…………………………………………………….  9                2.3   Война «слепого» против «зрячего»………………………………………………12                             

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Россия идет «своим путем»…………………………………………….……….….….15

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Введение

Термин «сетецентрическая война» появился в США ровно 12 лет назад — в январе 1998 года. За прошедшие годы концепция не только овладела умами военных экспертов, но и оформилась доктринально. Вооруженные силы США и их союзников по блоку НАТО активно внедряют сетецентрические подходы в практику военного строительства и подготовки войск (сил).

Уже сейчас вооруженные силы США практически по всем показателям находятся практически на недосягаемой высоте, опередив другие страны мира на целую эпоху. Раньше количественные изменения в военной сфере накапливались десятилетиями, пока не выливались в качественный скачок.

Армии времен первой мировой войны выглядели бы смешными на полях сражений второй мировой.

Теперь же, в эпоху информационной революции, качественные скачки происходят значительно быстрее. Тем, кто отстает уже сегодня, догнать лидеров завтра будет очень проблематично. Вместе с тем, если же не предпринимать никаких шагов уже сегодня, завтра будет просто поздно…

Как же реагируют в России на концепцию «сетецентрической войны»? Среди отечественных экспертов  нет единого и четкого понимания  сущности этого термина и обозначаемого им понятия. Это и не случайно. Справедливости ради следует сказать, что в США тоже нет единства взглядов и понимания: концепция находится в состоянии разработки.

Другое дело, что там на официальном уровне отнеслись к этой концепции с должным вниманием, увидев в ее реализации возможность достичь превосходства над любым противником. Идеи «сетецентрической войны» подхватили в Великобритании, Швеции, Сингапуре и даже Китае.

Военное ведомство России, к сожалению, не знает, а потому и игнорирует мировой опыт, традиционно веря в то, что «мы их шапками закидаем…»

Правда, шапка не самый  лучший аргумент в споре с робототехническим  комплексом. Вот поэтому мы и обращаемся к этой теме.

Военная безопасность

При всей сложности и многогранности понятия «национальная безопасность», его «сердцевиной» является военная  безопасность. Это достаточно очевидное  положение, к сожалению, часто недооценивается и даже игнорируется как государственно-властными структурами, так и общественным мнением.

По вполне понятным причинам, чем ниже уровень непосредственной военной опасности для государства, тем меньшее внимание уделяется этому аспекту национальной безопасности.

И наоборот, народы бывшей Югославии, Южной Осетии, Абхазии, да и Грузии придают большее значение военной безопасности в общем комплексе мер по обеспечению своей национальной безопасности, нежели население России в целом.

Упрощенное отношение  к обеспечению военной безопасности на концептуально-доктринальном уровне влечет и соответствующее отношение к вооруженным силам — как на уровне государства, так и в обществе в целом.

«История ничему не учит, а лишь наказывает за незнание ее уроков», — отмечал в свое время В. Ключевский.

К сожалению, правоту этого постулата многим государствам приходится постигать на основе своего собственного трагического и печального опыта.

Обеспечение военной безопасности подразумевает готовность вооруженных  сил и государства в целом  к войнам будущего.

Деятельность государства  в сфере обеспечения военной безопасности должна быть, по сути дела, комплексом «страховых мероприятий» на случай негативных и опасных ситуаций в будущем.

Человеческая природа такова, что отдавать деньги за страховой полис всегда жалко: а вдруг страховой случай не наступит вовсе, а денег лишились.

«Может, войны и не  будет вовсе», — логика обывателя  вполне объяснима. Но могут ли государственные мужи мыслить такими категориями? Можно ли сегодня руководствоваться великим русским принципом «Авось!» и искренне верить в то, что врагов у России нет и не будет, а потому и армия не нужна и готовиться к войнам

                             рис.1 концепция сетецентрической  войны

будущего не нужно? Такой  подход не просто наивен. Не имея ничего общего с реальными фактами, он крайне опасен.

Трудно сейчас найти на карте мира государство, которое  относилось бы к обеспечению своей военной безопасности столь же легкомысленно, как это происходит в России.

В вооруженных силах ведущих государств Запада происходят глубочайшие качественные преобразования, обусловленные бурным научно-техническим прогрессом и информационной революцией. Кстати, в них нет процессов огульного и бездумного сокращения ради сокращения.

Напротив, в них идет сложный процесс организационно-струкрутной реорганизации, в результате которого сокращение численности бронетанковых войск и полевой артиллерии в вооруженных силах США, например, сопровождается бурным ростом численности пехоты, частей специального назначения, армейской авиации, органов психологической войны и подразделений военной полиции. Наращивается боевая мощь армий государств развивающегося мира, многие из которых нацелены на приобретение и освоение ракетных и ядерных технологий. На мировую военно-политическую арену вышли многочисленные негосударственные акторы, сделавшие терроризм главным орудием политической и военной борьбы. Потенциал конфликтности в мире растет неуклонно, сопровождаясь вспышками войн и вооруженных конфликтов в разных регионах земного шара.

Существующие и возникающие  угрозы и вызовы национальной безопасности государств обусловливают появление  новых теорий и концепций ее обеспечения. Естественно, это происходит там и тогда, где и когда проблема обеспечения военной безопасности стоит в фокусе внимания политического руководства государства.

Речь идет, прежде всего, о США — государстве, которое по окончании «холодной войны» для поддержания своего военно-политического господства в мире в одностороннем порядке взяло на себя функции «мирового полицейского».

Военно-теоретическая мысль призвана была найти наиболее оптимальное соотношение между военными и несиловыми формами и способами продвижении и обеспечения интересов США на мировой арене — за счет интересов других государств мира или даже вопреки им.

Огромная работа многих экспертов  и исследователей, получившая поддержку  со стороны военного ведомства США, привела к появлению большого количества новых военных концепций  и теорий, призванных обеспечить высокую  эффективность действий американских вооруженных сил в новых условиях, против новых врагов, с качественно новым арсеналом сил и средств вооруженной борьбы.

Теория концепции  сетецентрической войны

Одной из таких теорий стала  концепция «сетецентрической войны», появившаяся в США в конце 90-х годов ХХ в.

«Сетецентрическая война» — это не совсем точный перевод  английского термина «network-centric warfare». Более точный перевод: «сетецентрические  военные действия».

От неточного перевода идет и неточное понимание или даже непонимание сути проблемы.

И все же термин «сетецентрическая война» уже прижился, и задача теперь заключается не в том, чтобы его изменить, а в том, чтобы его правильно понимать и употреблять.

Итак, речь не идет о каком-то новом виде (типе) войны, а о сетецентрическом подходе к организации и ведению  военных действий. Более того, в  будущем такой подход будет аксиомой, и все военные действия будут  неизменно основываться на принципе сетецентричности.

Авторами концепции «сетецентрической войны» считаются вице-адмирал  ВМС США Артур Себровски и  профессор Джон Гарстка. Опубликованная ими в журнале «Proceedings» в январе 1998 года статья «Сетецентрическая война: ее происхождение и будущее» стала своеобразным манифестом новой концепции .

Читайте также:  Русский национальный костюм: одежда предков и современное направление моды

Нынешняя эпоха глобализации, информационных технологий и революции  в менеджменте ознаменовалась серьезнейшими  изменениями в мире и обществе, в бизнесе и военном деле.

Тот, кто отдает себе отчет в этом, кто не закрывает глаза на происходящие в мире изменения, а стремится  активно взять их на вооружение — побеждает. Побеждает в бизнесе, побеждает и в войне. А.

Себровски и Дж Гарстка повторяют ставший на Западе уже аксиомой тезис американских футурологов Алвина и Хэйди Тоффлер о том, что «нации ведут войну таким же образом, как они создают богатства» .

По мнению авторов концепции «сетецентрической войны», происходящие в современном мире изменения являются революционными: «Мы переживаем эпоху революции в военном деле, подобной которой не было ничего с эпохи наполеоновских войн, когда Франция впервые претворила в жизнь концепцию массовой армии».

Суть современной революции  в военном деле А. Себровски и  Дж. Гарстка выразили словами начальника штаба ВМС США адмирала Джея Джонсона, который заявил о «фундаментальном сдвиге от того, что мы называем платформо-центрической войной, к тому, что мы называем сете-центрической войной» .

Можно спорить с авторами концепции «сетецентрической войны» по поводу ее революционной сущности: сетецентрические подходы в той  или иной степени широко реализуются в системе государственного управления, бизнесе, экономике и технике.

Эти подходы уже давно внедряются и в вооруженных силах разных стран мира, хотя и в ограниченных масштабах. И только единый скоординированный подход к внедрению сетецентрических технологий, принципов и методов в деятельности войск позволил говорить об этом явлении как о целостной концепции «сетецентрической войны».

В этом целостном подходе и заключается революционная сущность рассматриваемой концепции.

В концептуально-теоретическом  плане А. Себровски и Дж. Гарстка  представили модель «сетецентрической войны» как систему, состоящую  из трех решеток-подсистем: информационной, сенсорной (разведывательной) и боевой.

Основу этой системы составляет информационная решетка, на которую накладываются  взаимно пересекающиеся сенсорная  и боевая решетки. Информационная решетка-подсистема пронизывает собой всю систему  в полном объеме.

Элементами сенсорной  подсистемы являются «сенсоры» (средства разведки), а элементами боевой решетки — «стрелки» (средства поражения). Эти две группы элементов объединяются воедино органами управления и командования.

Взаимоотношения между всеми  элементами подсистем и самими подсистемами достаточно сложные и многоплановые, что позволяет, например, «стрелкам» поражать цели сразу по получении информации от «сенсоров» или по получении приказа от органов управления, или в некоторых случаях самостоятельно.

Графически логическая модель «сетецентрической войны», как она виделась Себровски и Гарстка, представлена на рисунке:

                  рис.2: Представление распределения  ресурсов

Таким образом, «сетецентрическая война», в представлении американских экспертов, предполагает создание разветвленной сети хорошо информированных, но географически рассеянных сил.

Главными характеристиками-компонентами этих сил являются: высокоэффективная «информационная решетка», доступ ко всей необходимой информации, высокоточное оружие с большой дальностью поражения цели и маневренностью, высокоэффективная система управления и командования, интегрированная «сенсорная решетка», соединенная в единую сеть с системой «стрелков» и системой управления и командования.

В военно-практическом смысле, «сетецентрическая война» позволяет  перейти от войны на истощение  к более скоротечной и более  эффективной форме, для которой  характерны две основных характеристики: быстрота управления и принцип самосинхронизации.

Быстрота управления, в  представлении американских экспертов, подразумевает три аспекта:

1. Войска достигают информационного  превосходства, под которым понимается  не поступление информации в  большем количестве, а более высокая  степень осознания и более глубокое понимание ситуации на поле боя. В технологическом плане все это предполагает внедрение новых систем управления, слежения, разведки, контроля, компьютерного моделирования.

2. Войска благодаря своим  информационным преимуществам претворяют  в жизнь принцип массирования  результатов, а не массирования  сил.

Источник: http://stud24.ru/senior-division/setecentricheskie-vojny/341822-1031875-page1.html

Исследования «сетецентрических» концепций в вооружённых силах ведущих зарубежных стран (2010)

Подполковник А. Кондратьев,
кандидат военных наук

Обеспечение национальной безопасности государства в «информационную эру» становится все более сложным и комплексным мероприятием, затрагивающим вопросы борьбы с международным терроризмом, предотвращения региональных конфликтов в мире и многое другое.

Как подчеркивают американские специалисты «…именно комплексность современных угроз и вызовов национальной безопасности затрудняет решение таких проблем старыми методами «индустриальной эры».

В этой связи все более актуальным и приоритетным направлением реформирования вооруженных сил большинства ведущих зарубежных стран становится обеспечение всесторонней интеграции боевых формирований и повышение уровня их взаимодействия за счет реализации принципов новых «сетецентрических» концепций и интеграции систем управления, связи, разведки и поражения.

Сам термин «сетецентризм» впервые появился в американской компьютерной индустрии в результате прорыва в информационных технологиях, которые позволили организовать взаимодействие между компьютерами, даже несмотря на использование в них разных операционных систем.

Вполне естественно, что и идеологами военного приложения этого термина стали американцы, которые, между тем, отмечали, что их концепция «сетецентрической войны» — это не только развертывание цифровых сетей с целью обеспечения как вертикальной, так и горизонтальной интеграции всех участников операции.

Это еще и изменение тактики действия перспективных формирований с рассредоточенными боевыми порядками, оптимизация способов разведывательной деятельности, упрощение процедур согласования и координации огневого поражения, а также некоторое нивелирование разграничения средств по звеньям управления.

Более того, они утверждали, что повышение боевых возможностей (по огневому поражению, маневру, управлению, живучести и т. д.) современных формирований является прямым следствием улучшения информационного обмена и возрастания роли самой информации, то есть реализации принципов их новой концепции.

Помимо США подобные концепции реализуются и в других странах и блоках. В частности, в НАТО одна из них получила название «Комплексные сетевые возможности» (NATO Network Enabled Capability).

Во Франции такие мероприятия реализуются в рамках концепции, получившей наименование «Информационно-центрическая война» (Guerre Infocentre), в Нидерландах-«Сетецснтрические операции» (Network Centric Operation), в КНР — «Система боевого управления, связи, вычислительной техники, разведки, наблюдения и огневого поражения» (Command, Control, Communications, Computers, Intelligence, Surveillance and Kill) и т. д.

Влияние на боевые возможности. У американских военных специалистов принципы ведения военных действий, строительства вооруженных сил и управления боевыми формированиями в XX веке получили наименование «платформоцентрические».

В то время, по их мнению, успех операции и сражений зависел в основном от индивидуальных возможностей боевых средств, а объединение сетями, хотя и предусматривалось, не позволяло добиться того эффекта, который дают современные информационные технологии.

Именно поэтому на протяжении прошлого века военные специалисты всего мира занимались разработкой технических решений, связанных в первую очередь с мобильностью, точностью и огневой мощью средств вооруженной борьбы.

По своей сути этот процесс представлял собой повышение потенциальных возможностей формирований (по огневому поражению, маневру, управлению, живучести и т. д.) или, по-другому, боевого потенциала, основа которого — техническая оснащенность войск.

Однако, как показала практика, существуют ограничения для дальнейшего роста боевого потенциала и значительно повышается стоимость подобных разработок.

Кроме того, средства вооруженной борьбы, многие из которых состоят на вооружении не один десяток лет (например, американский бомбардировщик В-52), и имевшиеся на то время боевые формирования уже обладали достаточным уровнем боевого потенциала, а проблема заключалась в том, как его реализовать.

То есть перед военными ставилась задача достижения требуемого уровня боевых возможностей, зависящих от многих факторов, например от эффективности разведки и управления, влияния погодных и климатических условий, характера местности, а также от степени воздействия противника и ряда других.

Вероятно поэтому в XXI веке таким инструментарием достижения новых боевых возможностей, то есть повышения степени реализуемости боевого потенциала, стали современные информационные технологии.

И сейчас действительно можно говорить о фундаментальном сдвиге от «платформоцентрнческой» к «сетецентрической войне», которая, по утверждению ее разработчиков, не только определяет новые принципы управления войсками и силами, но и способствует осуществлению революции в военном деле.

Применимо к понятию «сетецентрическая война», или «ведение боевых действий в едином информационно-коммуникационном пространстве», боевые формирования рассматриваются как своеобразные устройства, подключенные к единой сети.

В зависимости от выбора сетевой архитектуры и ее типа такими устройствами могут быть корабли, самолеты, средства поражения, управления, связи, разведки и наблюдения, группа военнослужащих или отдельные солдаты, а также их комбинация.

В этом случае возможности боевых формирований определяются не столько индивидуальными тактико-техническими характеристиками отдельных образцов ВВТ, сколько возможностями всей группы подключенных к сети средств как единого целого.

Здесь, собственно, и проявляется эффект синергизма, когда целое представляет нечто большее, чем сумма его частей. В приложении к военному делу синергизм — это эффект от совместного действия объединенных в сеть средств вооруженной борьбы, который по совокупному результату превышает сумму эффектов от применения тех же средств по отдельности.

Вместе с тем расхожее мнение о том, что объединение сетью позволит решить любые возникающие проблемы, представляет собой одно из наиболее распространенных заблуждений. Сети, как и все компьютерные системы, работают по принципу «мусор на входе — мусор на выходе».

Это принцип программирования, в соответствии с которым неверно введенные данные не могут привести к правильному результату.

Таким образом, без точных данных об обстановке, полученных от средств разведки и наблюдения и наполняющих информационную базу, сети сами по себе останутся всего лишь высокоскоростными цифровыми трактами между платформами.

Более того, если перспективные «сетецентрические» концепции следует рассматривать как необходимый инструмент повышения боевых возможностей, то ни о каком увеличении собственно потенциала ВВТ или боевого формирования речи не идет. Если у находящего на вооружении танка штатный боекомплект составляет 63 выстрела, то даже при оснащении его суперсовременными системами связи и управления он никогда не сможет поразить 64 цели.

Проблемы поиска математического аппарата оценки.

За последнее время в зарубежных и отечественных средствах массовой информации проводились многочисленные дискуссии на тему, почему необходимы сети и как их внедрение способно повлиять на возможности боевых формирований и вооруженных сил в целом. К сожалению, не во всех публикациях были представлены веские аргументы, большая часть из которых просто была принята как факт, вместо того чтобы быть критически проанализирована.

В настоящее время ряд ведущих зарубежных экспертов признают, что при всех очевидных достоинствах новых «сетецентрических принципов» и положительных результатах применения группировок войск, оснащенных современными цифровыми системами связи и передачи данных в вооруженных конфликтах и на опытных учениях, эффективного математического аппарата количественной оценки влияния новой концепции на повышение боевых возможностей и эффективность действия войск до сих пор нет. Подтверждением тому можно считать и доклад специалистов лаборатории им. Линкольна Массачусетского технологического института, представленный на конференции 2007 года, «Количественные методы оценки в обеспечении обороноспособности и национальной безопасности».

По заключению западных специалистов, в настоящее время существует ряд теорий, которые могут быть применены для оценки степени влияния «сетецентричности» на боевые возможности и повышение эффективности применения группировок войск и сил.

Среди наиболее известных теория Джона Бойда The OODA Loop, раскрывающая контур цикла управления; классическая модель Ендслей (Endsley) Situation Awareness, содержащая ряд статических оценочных параметров; комплексная теория Моффата «Complexity Theory; Network Centric Warfare»

Источник: http://factmil.com/publ/obshhee/voennaja_mysl/issledovanija_setecentricheskikh_koncepcij_v_vooruzhjonnykh_silakh_vedushhikh_zarubezhnykh_stran_2010/72-1-0-251

Ссылка на основную публикацию