Первый отечественный легкий бронеавтомобиль д-8 1931 года

Бронеавтомобиль Д-8/Д-12

«Краткая справка: Легкие бронеавтомобили Д-8 и Д-12 конструкции Николая Дыренкова. История создания, характеристики и опыт боевого применения»

Страна: СССР
Тип: Легкий бронеавтомобиль
Дата выпуска: 1931 г.
Длинна: 3,54 м
Ширина: 1,7 м
Высота: 1,68 м
Броня, лоб: 7 мм
Броня, борт: 7 мм
Броня, башня: 7 мм
Экипаж: 2 человека
Двигатель: ГАЗ-А, 40 л.с.
Дальность хода: 225 км
Максимальная скорость: 85 км/ч
Масса: 1,58/1,65 тонн
Вооружение: 1х/2х 7,62-мм пулемета ДТ.

Приведены характеристики обеих машин. Где они различаются, указано через дробь.

Легкий бронеавтомобиль Д-8 (Дыренкова-8) был изготовлен в 1931 году на Ижорском заводе опытно-конструкторское и испытательное бюро УММ РККА, возглавляемое изобретателем-самоучкой Н.И.Дыренковым. Д-8 был «творческой интерпретацией» американского бронеавтомобиля Т6, также не имел башни, а в качестве колесной базы использовал шасси грузовика «Форд-А».

Корпус машины собирался клепкой из катаных броневых листов толщиной 3-7 мм, располагавшихся под большими углами наклона. В крышке смотрового люка водителя и боковых дверях корпуса имелись смотровые щели, закрывавшиеся изнутри бронезаслонками, люк наблюдения располагался в крыше корпуса.

Легкие бронеавтомобили Дыренкова — Д-8 и Д-12

Вооружение бронемашины состояло из пулемета ДТ, расположенного в правом лобовом листе, рядом с водителем, и такого же запасного пулемета, для которого, по предложению К.Е.

Ворошилова, в кормовой части была предусмотрена дополнительная огневая точка.

Поскольку в боковых стенках имелись еще две бойницы, снабженные бронезаслонками, экипаж Д-8 в случае необходимости мог вести почти круговой обстрел.

Легкий бронеавтомобиль Д-12

Одновременно с легким Д-8 был построен и тяжелый вариант бронеавтомобиля — Д-12, вооруженный, кроме того, и зенитным пулеметом «максим» в турели на крыше.

Из-за этого корпус в задней части пришлось изменить, увеличив объем боевого отделения и уменьшив угол наклона кормовых листов брони. Задний пулемет ДТ на машине Д-12 уже не устанавливался.

Хотя Д-12 был несколько тяжелее Д-8, обе машины имели одинаковые запас хода и скорость.

За счет изменения формы корпуса и появления дополнительного вооружения боевая масса Д-12 возросла до 1,65 т против 1,6 т у Д-8. Однако на динами-ческих характеристиках бронеавтомобиля это не отразилось, обе машины развивали максимальную скорость по шоссе до 85 км/ч. Одинаковым был и запас хода — 225 км по шоссе и 190 км по проселку. Вместе с тем, испытания выявили и массу недостатков.

Слева бронеавтомобиль ФАИ, справа — Д-12 (модели)

Обе машины были осмотрены комиссией в феврале 1931 года и сразу же забракованы по целому комплексу недоработок. Впрочем, Дыренков был настойчив, и сумел прямо-таки «протолкнуть» свои машины в производство.

За следующие 3 года было изготовлено порядка 28 Д-8 и 34 Д-12.

 Однако к 1934 году уже был освоен выпуск броневика ФАИ, который, при все его недостатках, был все-таки удобнее дыренковских изобретений, поэтому выпуск последних немедленно был свернут.

Тем не менее, нескольким Д-8 даже удалось повоевать в советско-финскую войну — правда с закономерно «никаким» результатом. Известно, что один Д-8 даже был захвачен финнами, которым чем-то приглянулся и использовался как штабная машина аж до 1943 года.

Источник: компиляция на основе сведений находящихся в открытом доступе сети интернет, а также книги «Бронеавтомобили Красной Армии 1918-1945 г.г.»

Источник: http://armedman.ru/avtobronetehnika/1919-1936-avtobronetehnika/broneavtomobil-d-8-d-12.html

Легкий бронеавтомобиль Д-8. СССР

Первая мировая и гражданская война показали высокую эффективность такого нового вида вооружения, как бронеавтомобили. В 20-е годы бронеавтомобили составляли основу броневых сил РККА.

Однако к концу 20-х стало понятно, что одного только пушечного бронеавтомобиля БА-27, имевшегося тогда на вооружении, для нужд армии явно недостаточно, тем более, что эта машина была довольно громоздкой и тихоходной.

Армии требовался еще и подвижный пулеметный броневик, предназначенный в основном для разведки, связи и боевого охранения. В то время строить такие машины можно было только на базе стандартных коммерческих автомобилей с одной задней ведущей осью.

Выбор пал на шасси Форд-А, который предполагалось выпускать по чертежам Форда из американских комплектующих на Нижегородском автомобильном заводе (в то время — «Красный Гудок»).

Этот легковой автомобиль отличался малым весом, простотой и хорошей проходимостью, которую обеспечивали колеса сравнительно большого диаметра (730 мм).

Разработку бронированного варианта «Форда» вели Управление механизации и моторизации РККА и опытно-конструкторское и испытательное бюро Н.И. Дыренкова.

Во время визита на завод одного из заместителей наркома обороны в 1931 году тот, просматривая в кабинете Дыренкова американский журнал «Арми Орднанс», обратил внимание хозяина кабинета на последние модели бронеавтомобилей США. Они имели низкий силуэт и сильно наклоненные броневые листы, способствующие рикошетированию пуль. Дыренков ответил, что работа над подобной моделью у него уже идет и завтра он готов ее продемонстрировать.

 воздушная транспортировка

После ухода гостя Дыренков распорядился снять кузов со своего служебного автомобиля, вызвал плотника и уже к вечеру на шасси стоял фанерный макет со следами карандаша, которым изобретательный инженер размечал выкройки прямо по листам фанеры.

Затем подогнанный по шасси макет разобрали и по импровизированным фанерным лекалам вырезали из бронелистов панели, собрали из них кузов, установили его на шасси. Самым трудоемким оказалась сушка окрашенного масляной краской броневика посредством паяльных ламп.

Но к полудню Дыренков смог представить высокому гостю готовый для пробных стрельб корпус Д-8, смонтированный на шасси ГАЗ-А.

Стремясь облегчить и уменьшить машину, сделать ее незаметней и в то же время обеспечить надежной бронезащитой, Дыренков отказался от традиционной башни и разместил вооружение внутри приземистого корпуса. Оно состояло из пулемета ДТ с запасом патронов в 2079 шт.

(в том числе 756 бронебойных), расположенного в правом лобовом листе, рядом с водителем, и такого же запасного пулемета, для которого, по предложению К.Е. Ворошилова в кормовой части была предусмотрена дополнительная огневая точка.

Поскольку в боковых стенках еще имелись бойницы, снабженные бронезаслонками, экипаж Д-8 (который состоял из двух человек: водителя и командира, который одновременно выполнял обязанности пулеметчика) в случае необходимости мог вести почти круговой обстрел.

При стрельбе использовался простой механический прицел.

Корпус броневика, набранный из термообработанных плоских бронелистов различной формы толщиной 3–7 мм соединявшихся между собой заклепками, предохранял экипаж и двигатель от поражения обычными пулями и осколками снарядов.

Бронекапот с откидывающимися боковыми складными дверцами впереди имел жалюзи, через которые к радиатору подавался воздух. В боевой обстановке эти жалюзи закрывались, а воздух шел через наклонный бронелоток, защищавший переднюю ось и картер.

Привод осуществлялся на заднюю ось, колеса были с проволочными спицами, шины пневматические.

На бронеавтомобиле устанавливался четырехтактный четырехцилиндровый двигатель «Форд-А» (ГАЗ-А) мощностью 40 л.с. (29 кВт) с карбюратором «Форд-Зенит». Пуск двигателя производился с помощью электростартера «Автолайт МАФ» мощностью 0,8 л.с. (0,6 кВт).

В батарейной контактной системе зажигания использовались индукционная катушка (бобина) и распределитель с прерывателем. Емкость топливных баков составляла 40 л. Запас хода бронеавтомобиля по шоссе достигал 225 км.

В состав трансмиссии входили: однодисковое сцепление с накладками из феродо, механическая коробка передач, обеспечивавшая три передачи переднего и одну передачу заднего хода, и главная коническая передача с дифференциалом. Бронеавтомобиль имел колесную формулу 4×2.

Зависимая подвеска машины, состоявшая из поперечно расположенных полуэллиптических листовых рессор, обеспечивала возможность движения по грунтовым дорогам с достаточно высокой средней скоростью — до 30 км/ч.

Колеса с проволочными спицами, расположенными в три ряда, обладали большой жесткостью в продольной и поперечной плоскостях.

Электрооборудование машины было выполнено по однопроводной схеме. Напряжение бортовой сети составляло 6 В. В качестве источников электроэнергии использовались аккумуляторная батарея емкостью 80 А·ч и генератор мощностью 100 Вт.

Одновременно с Д-8 был разработан и построен его вариант Д-12, вооруженный еще и зенитным пулеметом системы «Максим». Он устанавливался на авиационной турели на крыше бронекорпуса. Стрельба из него велась с остановок. Из-за этого корпус в задней части пришлось изменить, увеличив объем боевого отделения и уменьшив угол наклона кормовых листов брони.

Задний пулемет ДТ на машине Д-12 уже не устанавливался. После всех этих переделок высота машины увеличилась до 2015 мм, а боевая масса возросла на 70 кг, что, впрочем, не повлияло на подвижность и проходимость броневика. В частности, средняя скорость на проселочной дороге составляла 30 км/ч.

При движении по снегу и грязи экипаж использовал старое средство — браслетные цепи противоскольжения.

В феврале 1931 года машины были осмотрены комиссией НТК УММ РККА.

В заключении комиссии говорилось: «Признать, что бронеавтомобили Д-8 и Д-12 не удовлетворяют требованиям, предъявляемым к легким разведывательным автомобилям ввиду неудобства пользования вооружением, плохой видимости для водителя и перегрузки передней оси…» Тем не менее, после небольших доработок эти бронеавтомобили были рекомендованы для серийного производства — ведь ничего другого просто не было, а армия нуждалась в новой технике.

Производство небольшой партии в 25 машин было организованно на Ижорском заводе в 1932–1934 гг. Однако через некоторое время Д-8 модернизировали, установив на нем поворотную башню с пулеметом ДТ в шаровой установке. А в 1932 году на основе Д-8 и на том же шасси (позже замененном аналогичным отечественным ГАЗ-А), был построен бронеавтомобиль ФАИ.

Читайте также:  Затонувшая атлантида — история исчезнувшей цивилизации

Части, оснащенные Д-8, принимали участие в Зимней войне с Финляндией. Часть этих бронеавтомомбилей досталась противнику и была восстановлена. Прослужили эти машины в Финской Армии до 1943 года.

Масса 1580 кг
Экипаж 2 человека
Длина 3540 мм
Ширина 1705 мм
Высота 1680 мм
Клиренс 224 мм
Мощность двигателя 40 л.с.
Скорость по шоссе до 85 км/ч
Запас хода по шоссе 225 км
Запас хода по грунту 120 км
Вооружение два 7,62-мм пулемета ДТ
Боекомплект 2079 патронов
Бронирование 3–7 мм

http://www.tehnikapobedy.ru/d8hist.htm

Источник: http://alternathistory.com/content/legkiy-broneavtomobil-d-8-sssr

Д-8 Легкий бронеавтомобиль

Не успели ещё просохнуть чернила на проектах средних бронеавтомобилей, разрабатываемых опытным конструкторско-испытательским бюро под руководством Н.Дыренкова, как главный конструктор уже занялся новым проектом.

На этот раз порыв своих творческих мыслей Дыренков направил на создание легкой броневой машины, предназначенной для разведки и связи. Существует два мнения, касающихся появления будущего бронеавтомобиля Д-8. Согласно первому из них, изложенному в книге Л.М.

Шугурова “Автомобили России и СССР”, этот процесс проходил следующим образом.

«…Во время визита на завод одного из заместителей наркома обороны в 1931 году тот, просматривая в кабинете Дыренкова американский журнал «Арми Орднанс», обратил внимание хозяина кабинета на последние модели бронеавтомобилей США. Они имели низкий силуэт и сильно наклонённые броневые листы, способствующие рикошетированию пуль. Дыренков ответил, что работа над подобной моделью у него уже идёт и завтра он готов её продемонстрировать.

После ухода гостя Дыренков распорядился снять легковой кузов со своего служебного автомобиля, вызвал плотника и уже к вечеру на шасси стоял фанерный макет со следами карандаша, которым изобретательный инженер размечал выкройки прямо по листам фанеры. Затем подогнанный по шасси макет разобрали и по импровизированным фанерным лекалам вырезали из бронелистов панели, собрали из них кузов, установили его на шасси.

Самым трудоёмким оказалась сушка окрашенного масляной краской броневика посредством паяльных ламп. Но к полудню Дыренков смог представить высокому гостю готовый для пробных стрельб корпус Д-8, смонтированный на шасси ГАЗ-А…»

В этом рассказе автор книги немного напутал с датами, поскольку проект Д-8 появился в конце 1930 г., и был реализован в следующем году.

А вот на счет того, что прообразом для его создания были американские бронеавтомобили “с низким силуэтом и наклонными листами корпуса”, которыми могли быть только Т6, Т7 или Т10, Шугуров отчасти был прав.

Эти машины были построены на основе ходовой части коммерческих автомобилей и действительно имели минимальные геометрические размеры, вот только их ходовые качества оказались посредственными – непонятно только, почему один из замнаркомов обороны (фамилия которого не указана) об этом не знал.

Вторая версия, описанная в книге М.Коломиеца “Броня на колесах. История советского бронеавтомобиля 1925-1945”, выглядит намного более убедительно.

В ней говорится, что с предложением разработать “полностью бронированный разведывательный Форд-А” выступил сам начальник УММ РККА Халепский, который не слишком надеялся на успех “колесных танкеток” (полубронированных пулеметных машин), заказ на которые был передан в ОКИБ в сентябре 1930 г.

Новое задание было адресовано лично Дыренкову и тот в кратчайшие сроки подготовил проект. Через месяц состоялось его рассмотрение и 25 декабря Халепский распорядился начать постройку двух опытных образцов.

К 1 февраля 1931 года по чертежу № С-17-39 надлежало построить прототип с одним пулеметом, а по чертежу № С-17-41 прототип с пулеметом и зенитной турелью.

Несмотря на ряд затруднений, возникших при подготовке комплектов рабочих чертежей и постройке опытных образцов, в докладе о ходе выполненных работ от 9 февраля 1931 года указывалось, что Дыренков сверх плана полностью изготовил оба опытных образца. Правда, второй прототип (с авиационной турелью) был представлен в “черновом варианте”. Спустя 4 дня Дыренков направил Халепскому отчет и выполнении работ – в нём уже указывались названия машин, которые главный конструктор присваивал самостоятельно.

“На основании полученного от Вас задания мною разработаны и построены следующие образцы бронирования:

1. На легковом шасси «Форд-А» разведывательный двухместный бронеавтомобиль при одном пулемете действующем, одном запасном и четырех огневых точках. Обозначение Д-8р.

2. На таком же шасси при таком же вооружении, но с несколько удлиненным кузовом и добавленной установкой стандартной зенитной авиатурели. Обозначение Д-12р”.

Конструктивно обе модификации были весьма похожи. Корпуса прототипов собирались из незакалённой броневой стали толщиной от 3 до 7 мм. Пытаясь повысить пулестойкость корпуса, Дыренков установил лобовые и кормовой бронелисты под большими углами наклона.

По каждому борту имелись двери для посадки экипажа из двух человек (водителя и командира). В крыше был сделан люк для наблюдения. Если судить по имеющимся фотографиям, корпус первого Д-8р действительно собирался “на ходу” с приблизительной подгонкой листов.

Вооружение бронемашины состояло из одного 7,62-мм пулемета ДТ, стрельба из которого могла вестись через четыре шаровые установки в лобовом, кормовом и бортовых листах корпуса.

Боекомплект состоял из 43 магазинов (2709 патронов), уложенных по бортам. Ходовая часть Д-8р, вместе с двигателем, трансмиссией и другими элементами, полностью переходила от грузового автомобиля Форд-А.

Колеса не имели какой-либо защиты, а шины были обычными, пневматическими.

Весной 1931 года Д-8р и Д-12р, после некоторых доработок, предъявили на испытания. В составленном комиссией НТК УММ РККА отчете от 27 мая говорилось следующее:

“1. «Форд-А» (Д-8, Д-12).

Имеющиеся на машинах установки для ДТ расположены без учета возможности ведения из них огня. Установка пулемета у водителя вследствие невозможности приведения пулемета до горизонтального положения, так как голова стрелка упирается в крышу и отсутствие угла снижения допускает возможность ведения пулеметного огня только по высоким целям.

Стрельба из боковых установок также невозможна ввиду трудности приспособления стрелка к этим установкам. Если стрелять с левой установки, то мешает задняя стенка машины и спина водителя. При стрельбе из правой установки можно стрелять прямо перед собой.

При этом стрелку приходится втискиваться между водителем и задней стенкой корпуса. Сектора обстрела при стрельбе из правой и левой установок совершенно отсутствуют.

Такое же положение и при стрельбе из задней установки, имеющей те же недостатки, что и бортовые.

Установка турели на Д-12 не оправдывает своего назначения, так как она имеет недостаточный угол возвышения и не защищает стрелка от поражения с воздуха (турель авиационного типа). Перестановка пулемета из одного гнезда в другое в бою на ходу совершенно невозможна, так как пулемет после стрельбы сильно перегревается и взять его голыми руками совершенно невозможно.

Если иметь не один, а 2-3 пулемета, установленных в имеющихся установках, то они делают совершенно невозможным ведение огня из машины вследствие стесненности стрелка. Условия наблюдения для командира машины (он же стрелок) совершенно не отвечают тактическим требованиям”.

Тем не менее, Д-8р был рекомендован к серийному производству, при условии внесения в его конструкцию целого ряда доработок. Совсем нелестные отзывы военных специалистов о боевых возможностях бронемашины Дыренкова учитывались УММ, но ничего лучше советская промышленность тогда предложить не могла.

В скором времени последовал приказ о принятии Д-8р на вооружение РККА (серийные машины обозначались просто Д-8) и уже через несколько недель машина была поставлена на конвейер. Неудивительно, что не прошло и месяца, как в журнале НТК УММ №26 от 27 июня 1931 года появилась следующая запись.

“…2. Опытные бронемашины Д-8 и Д-12. Признать, что Д-8 и Д-12 не удовлетворяют требованиям, предъявляемым к легким разведывательным автомобилям ввиду неудобства пользования вооружением, плохой видимости для водителя и перегрузки передней оси (300 кг).

Необходимо внести следующие изменения и дополнения:

1). Сохранение бронирования моторной будки до передней стенки броневого корпуса;

2). Для улучшения видимости водителя переднюю стенку броневика перенести назад;

3). Для улучшения наблюдения при поворотах срезать выступающий мыс передней стенки автомобиля;

4). Все шаровые установки упразднить;

5). Установить вооружение в один пулемет ДТ, пулеметная установка должна обеспечить круговой обстрел поверх кузова как по земным, так и по воздушным целям;

6). Конфигурацию изменить в соответствии с пунктом 5;

7). Прорезать в корме люк для наблюдения при движении задним ходом”.

Доработки вносились в ходе серийного строительства, но в полном объёме исправить все недостатки Дыренкову не удалось.

За неполных шесть месяцев 1931 года на заводе ДРО собрали 50 Д-8 и ещё 10 сдали в первой половине следующего года.

В это количество входили как Д-8, так и Д-12, поэтому выяснить, сколько именно “восьмерок” было построено сейчас проблематично. В любом случае, Д-8 было выпущено несколько больше.

Эксплуатационная карьера бронемашин Дыренкова оказалась немного необычной. С началом формирования в 1933 году механизированных корпусов “восьмерки” начали вводить в состав разведывательных подразделений, но уже через год их стали заменять на ФАИ.

Отзывы об эксплуатационной надежности Д-8 были невысокими, а кроме того, машина оказалась слишком тесной, а по ходовым качествам и размещению вооружения она не соответствовала предъявляемым армией требованиям.

Тем не менее, порядка 20 бронемашин продолжали оставаться в составе первых мехкорпусов вплоть до их расформирования в 1938 г.

С 1934 года Д-8 входили в состав авиадесантных частей. Благодаря небольшой массе и достаточно простой конструкции бронемашину Дыренкова было решено задействовать в ходе экспериментов по десантированию посадочным способом.

В качестве самолёта-носителя был выбран тяжелый бомбардировщик ТБ-3, под фюзеляжем которого кормой вперед подвешивался Д-8. Соответствующая подвеска ПГ-12 была разработана конструкторским бюро под руководством инженера Гроховского.

Читайте также:  Нейтронные звезды: что известно человечеству об этом явлении

Результаты этих испытания оказались положительными и на Больших Киевских маневрах, прошедших летом-осенью 1935 года, процесс десантирования был продемонстрирован иностранным военным советникам.

Поскольку специализированных авиадесантных бронемашин в 1930-е гг. создано не было, в качестве таковой был выбран Д-8. По штату авиадесантной бригады, утвержденному в конце 1936 года, в её состав должен был входить механизированный батальон, включавший 24 плавающих танка Т-37А и 9 бронеавтомобилей Д-8, не считая другой техники и вооружения.

Однако машины Дыренкова и здесь не прижились – единственным подразделением, получившем на вооружение эти бронеавтомобили оказалась только 13-я авиадесантная бригада, где к началу 1937 года имелось 12 танков Т-37А и 6 Д-8. Через год их также сняли с эксплуатации, отправив, как и большинство остальных машин, в различные учебные учреждения.

И всё же, некоторым легким бронеавтомобилям этого типа довелось участвовать в Зимней войне 1939-1940 гг., когда из-за нехватки бронетехники в стрелковых частях пришлось использовать старые машины.

Например, в составе 9-й армии наступавшей в Карелии и потерпевшей здесь крупное поражение, на 30 ноября 1939 года числилось три Д-8 и два БА-20.

Все «восьмерки» были потеряны, при этом одну вышедшую из строя машину, принадлежавшую 177-му разведбату 163-й стрелковой дивизии, отремонтировать в суровых зимних условиях не удалось и её пришлось оставить противнику.

Финны относились к любой трофейной технике весьма бережливо, поэтому этот Д-8 снова “поставили на ноги” и до лета 1943 года продолжали использовать в учебных целях. Ещё одна “восьмерка” числилась за 114-м разведбатом 84-й стрелковой дивизии, но это подразделение, действовавшее на фронте с 30 января 1940 г., потерь не имело.

Что касается использования Д-8 в Великой Отечественной войне, то на этот счет достоверных данных пока найти не удалось.

Известно, что по состоянию на 15 сентября 1940 года бронеавтомобили Д-8 находились в составе следующих округов: Одесский ВО – 2, Харьковский ВО – 10, Уральский ВО – 5 (включая Д-12), Приволжский ВО – 4 (включая Д-12), Западный ОВО – 1, Московский ВО – 5.

Спустя десять месяцев, на 1 июня 1941 года, общее количество бронемашин конструкции Дыренкова оценивается в 45 единиц, 19 из которых требовали среднего и капитального ремонта.

Судя по всему, все Д-8 западных военных округов достались немцам. А вот, на ленинградском направлении, где фронт стабилизировался, “восьмерки” продержались немного дольше. В составе 85-го отдельного полка связи 42-й армии два бронеавтомобиля Д-8 действовали вплоть до конца 1942 года.

Источники: М.Коломиец «Броня на колесах. История советского бронеавтомобиля 1925-1945», Москва, Яуза Эксмо, 2007

М.Коломиец «Легкие броеавтомобили Красной Армии довоенной постройки» (Фронтовая иллюстрация №22007), Стратегия-КМ

ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ЛЁГКОГО БРОНЕАВТОМОБИЛЯ
Д-8 обр.1932 г.

БОЕВАЯ МАССА 1600 кг
ЭКИПАЖ, чел. 2
ГАБАРИТНЫЕ РАЗМЕРЫ
Длина, мм 3540
Ширина, мм 1705
Высота, мм 1900
Клиренс, мм 224
ВООРУЖЕНИЕ один 7,62-мм пулемет ДТ
БОЕКОМПЛЕКТ 2709 патронов
ПРИБОРЫ ПРИЦЕЛИВАНИЯ оптический прицел
БРОНИРОВАНИЕ лоб корпуса — 7 мм борт корпуса — 7 мм бортовые листы двигателя — 5 мм крыша — 3 ммднище — 3 мм
ДВИГАТЕЛЬ Форд-А, карбюраторный, мощностью 40 л.с. с одним бензобаком на 40 литров
ТРАНСМИССИЯ механического типа
ХОДОВАЯ ЧАСТЬ колесная формула 4х2: колеса одиннарные, шины пневматические, подвеска на листовых рессорах
СКОРОСТЬ 85 кмч по шоссе30 кмч по проселку
ЗАПАС ХОДА ПО ШОССЕ 225 км по шоссе190 км по проселку
ПРЕОДОЛЕВАЕМЫЕ ПРЕПЯТСТВИЯ
Угол подъёма, град. 15°
Высота стенки, м ?
Глубина брода, м 0,30
Ширина рва, м ?
СРЕДСТВА СВЯЗИ

Источник: http://aviarmor.net/tww2/armored_cars/ussr/d-8.htm

БМП. Рассказы об оружии. Бронеавтомобиль Д-8

Иногда по какой-то неизвестной причине энергия и напор создателей передаются их произведениям. Может быть, поэтому мы до сих пор спорим о картинах, зданиях, автомобилях, самолетах и прочих вещах, созданных человеческой энергией. Не миновала чаша сия и советские бронеавтомобили, хотите верьте, хотите – нет.

Но, копаясь в истории, мы очень часто находим этому подтверждения.

Речь сегодня пойдет в основном о легком бронеавтомобиле Д-8, созданном на базе автомобиля «ГАЗ-А».

Но справедливости ради начать рассказ следует о человеке. О конструкторе этого броневика Николае Ивановиче Дыренкове. Сын крестьянина из Ярославской губернии, окончивший ремесленную школу при механико-техническом училище Комарова стал одним из ведущих конструкторов автобронетехники СССР.

Наверное, закономерно и то, что его жизнь закончилась так же, как у многих неординарных людей того времени. 13 октября 1937 года он был обвинен в участии в диверсионно-террористической организации и расстрелян на полигоне в «Коммунарке».

Да, большинство проектов Н. И. Дыренкова остались в чертежах, в единичных прототипах, в нескольких десятках машин. Более 50 единиц автомобильной, железнодорожной и гусеничной бронетехники. Существует даже марка брони «Д»! Буква «Д» в названии этой техники и стала памятником этому конструктору…

Николай Дыренков активно работал над созданием бронеавтомобилей. Под его руководством (1929-1932 годы) Опытно-конструкторское и испытательное бюро Управления механизации и моторизации РККА разработало целый ряд интересных машин.

Рассказ о бронеавтомобиле Д-8 начнем с истории, в истинность которой поверить сложно. Однако некоторые действительно серьезные исследователи вроде автора книги «Автомобили России и СССР» Л. М. Шугурова рассказывают именно эту версию. А так как в тиражировании слухов и лжи Лев Михайлович замечен не был, то мы позволим себе повторить за ним.

«…Во время визита на завод одного из заместителей наркома обороны в 1931 году тот, просматривая в кабинете Дыренкова американский журнал «Арми Орднанс», обратил внимание хозяина кабинета на последние модели бронеавтомобилей США. Они имели низкий силуэт и сильно наклонённые броневые листы, способствующие рикошетированию пуль.

Дыренков ответил, что работа над подобной моделью у него уже идёт и завтра он готов её продемонстрировать. После ухода гостя Дыренков распорядился снять легковой кузов со своего служебного автомобиля, вызвал плотника и уже к вечеру на шасси стоял фанерный макет со следами карандаша, которым изобретательный инженер размечал выкройки прямо по листам фанеры.

Затем подогнанный по шасси макет разобрали и по импровизированным фанерным лекалам вырезали из бронелистов панели, собрали из них кузов, установили его на шасси.

Самым трудоёмким оказалась сушка окрашенного масляной краской броневика посредством паяльных ламп. Но к полудню Дыренков смог представить высокому гостю готовый для пробных стрельб корпус Д-8, смонтированный на шасси ГАЗ-А…»

Версия, конечно, интересная. Романтическая. Однако верится в неё слабо. Армия и армейская боевая техника — вещи достаточно серьёзные. И шутки в этой среде редкость. Особенно в те времена. Да и бронеавтомобиль не кокарда на фуражке, а достаточно сложная техника.

Гораздо более достоверна версия М. Коломийца, изложенная в книге «Броня на колесах. История советского бронеавтомобиля 1925-1945».

Понимание того, что армии необходимы легкие разведывательные бронемашины пришло ещё во времена Гражданской войны. Ведущие армии мира пересаживались на автомобили, танки, транспортеры всех типов. Будущая война рисовалась достаточно мобильной, скоростной.

Можно долго и муторно пенять тем же Ворошилову и Буденному на некую отсталость, но то что товарищи прекрасно отдавали себе отчет в полезности механизации армии – факт, который будут оспаривать совсем уж господа, которые нам не товарищи.

Но вернемся к нашим… американцам.

Имея достаточно развитое автомобилестроение, американцы, естественно, стали разрабатывать бронеавтомобили на имеющихся шасси. Армии (любой, не только американской) были необходимы небольшие, легкие, но достаточно скоростные автомобили, которые могли бы вести разведку и выполнять функции автомобилей связи.

Именно поэтому уже в 1930 году были разработаны сразу три легких броневика. Т-8 (Шевроле), Т-9 (Плимут), Т-10 (Оверланд-Уиппет). Машины были фактически близнецами, так как бронекорпуса были унифицированы для всех шасси. Однако использование коммерческих автомобилей имело и свои недостатки.

Бронелисты и вооружение резко увеличивали вес автомобиля, а использование башни уменьшало устойчивость. Так что, ходовые качества «американцев», мягко говоря, были посредственными.

СССР же не мог похвастаться наличием большого количества исходных моделей шасси. Фактически мы выпускали единственный легковой автомобиль ГАЗ-А, фактически копию Форд-А. Естественно, что этот автомобиль было решено использовать как шасси для советского легкого бронеавтомобиля.

Итак, уже в августе-сентябре 1930 года начальник УММ РККА Иннокентий Андреевич Халепский несколько раз обсуждал идею советского легкого броневика с начальником Опытно-конструкторского и испытательного бюро Дыренковым. Итогом таких обсуждений стало задание лично Дыренкову в кратчайшие сроки подготовить проект в сентябре 1930 года.

Проект новой машины был готов через месяц. Уже в октябре ОКИБ представили Халепскому готовые чертежи. После рассмотрения проекта, начальник УММ дал указание (25 декабря) на производство двух опытных образцов. Будущие бронеавтомобили отличались вооружением.

Первый имел на вооружении один пулемет. Второй был дополнен зенитной турелью на крыше автомобиля.

Неиссякаемая энергия Дыренкова позволила ему изготовить опытные образцы машин в кратчайшие сроки. Уже 9 февраля 1931 года машины были готовы «в металле». Названия они получили тоже лично от Дыренкова: первый вариант Д-8р, второй — Д-12р.

Читайте также:  Начались испытания гиперзвуковой ракеты «циркон», которая в пять-шесть раз быстрее звука

Тут необходимо привести цитату, которая, наверное, полностью «убивает» романтическую версию создания этих броневиков:

«На основании полученного от Вас задания мною разработаны и построены следующие образцы бронирования: 1.

На легковом шасси «Форд-А» разведывательный двухместный бронеавтомобиль при одном пулемете действующем, одном запасном и четырех огневых точках. Обозначение Д-8р.

2.

На таком же шасси при таком же вооружении, но с несколько удлиненным кузовом и добавленной установкой стандартной зенитной авиатурели. Обозначение Д-12р».

Конструктивно обе модификации были весьма похожи. Корпуса прототипов собирались из незакалённой броневой стали толщиной от 3 до 7 мм. Пытаясь повысить пулестойкость корпуса, Дыренков установил лобовые и кормовой бронелисты под большими углами наклона.

По каждому борту имелись двери для посадки экипажа из двух человек (водителя и командира). В крыше был сделан люк для наблюдения.

Вооружение бронемашины состояло из одного 7,62-мм пулемета ДТ, стрельба из которого могла вестись через четыре шаровые установки в лобовом, кормовом и бортовых листах корпуса. Боекомплект состоял из 43 магазинов (2709 патронов), уложенных по бортам.

Ходовая часть Д-8р, вместе с двигателем, трансмиссией и другими элементами, полностью переходила от грузового автомобиля Форд-А. Колеса не имели какой-либо защиты, а шины были обычными, пневматическими.

Вообще, если внимательно посмотреть на эти бронеавтомобили, возникает ощущение что смотришь на механическую, легкобронированную тачанку. Представить Д-8 или Д-12 ведущий огонь в наступлении сложновато. А вот убегающим от догоняющего противника и отстреливающегося из пулемета — легко.

Или стоящий бронеавтомобиль на фланге обороны и обстреливающий наступающего противника как мобильная пулеметная точка. Вполне себе нормальное тактическое решение.

Что это? Опыт гражданской войны или требования верхушки РККА, которая к тому времени состояла из «кавалеристов»? Ответа на этот вопрос нет. Только домыслы и мнения…

Весной 1931 года Д-8р и Д-12р, после некоторых доработок, предъявили на испытания. В составленном комиссией НТК УММ РККА отчете от 27 мая говорилось следующее:

«1. «Форд-А» (Д-8, Д-12). Имеющиеся на машинах установки для ДТ расположены без учета возможности ведения из них огня. Установка пулемета у водителя вследствие невозможности приведения пулемета до горизонтального положения, так как голова стрелка упирается в крышу и отсутствие угла снижения допускает возможность ведения пулеметного огня только по высоким целям.

Стрельба из боковых установок также невозможна ввиду трудности приспособления стрелка к этим установкам. Если стрелять с левой установки, то мешает задняя стенка машины и спина водителя. При стрельбе из правой установки можно стрелять прямо перед собой. При этом стрелку приходится втискиваться между водителем и задней стенкой корпуса.

Сектора обстрела при стрельбе из правой и левой установок совершенно отсутствуют. Такое же положение и при стрельбе из задней установки, имеющей те же недостатки, что и бортовые.

Установка турели на Д-12 не оправдывает своего назначения, так как она имеет недостаточный угол возвышения и не защищает стрелка от поражения с воздуха (турель авиационного типа).

Перестановка пулемета из одного гнезда в другое в бою на ходу совершенно невозможна, так как пулемет после стрельбы сильно перегревается и взять его голыми руками совершенно невозможно.

Если иметь не один, а 2-3 пулемета, установленных в имеющихся установках, то они делают совершенно невозможным ведение огня из машины вследствие стесненности стрелка. Условия наблюдения для командира машины (он же стрелок) совершенно не отвечают тактическим требованиям».

Итак, судя по отзыву комиссии, автомобили «не получились». Причем «довести их до ума» было достаточно сложно. Но предложить что-то более подходящее ни автомобильная промышленность, ни конструкторское бюро Дыренкова не могли. Халепский вынужден был отдать приказ о принятии легкий бронеавтомобилей на вооружение. Серийные машины назывались просто — Д-8 и Д-12.

Рассказывать об эксплуатации этих машин в войсках можно долго. Первые машины были направлены в разведывательные подразделения. Однако, уже первые месяцы эксплуатации выявили множество недостатков этих автомобилей. От машин стали отказываться. Всеми правдами и неправдами их передавали в учебные подразделения.

Точно так же не сложилась у Д-8 авиадесантная служба. В силу ряда причин, легкий вес, отсутствие альтернативных вариантов техники, прочности конструкции, Д-8 решили ввести в состав авиадесантных частей. Правда до выброски парашютным способом дело не дошло. Машины предполагалось десантировать посадочным способом.

Под фюзеляжем тяжелого бомбардировщика ТБ-3 подвешивался Д-8. Десантирование даже было показано иностранным военным советникам на Больших Киевских маневрах 1935 года. Но даже такое использование Д-8 не спасло машины от отправки в учебные подразделения…

Для того чтобы понять претензии военных, необходимо вернуться в 1931 год. В журнале НТК УММ №26 от 27 июня 1931 года есть следующая запись. Понятно, что она не включает в себя всех претензий военных к данному автомобилю, но выглядит достаточно серьезно:

«…2. Опытные бронемашины Д-8 и Д-12. Признать, что Д-8 и Д-12 не удовлетворяют требованиям, предъявляемым к легким разведывательным автомобилям ввиду неудобства пользования вооружением, плохой видимости для водителя и перегрузки передней оси (300 кг). Необходимо внести следующие изменения и дополнения:

1. Сохранение бронирования моторной будки до передней стенки броневого корпуса;

2. Для улучшения видимости водителя переднюю стенку броневика перенести назад;

3. Для улучшения наблюдения при поворотах срезать выступающий мыс передней стенки автомобиля;

4. Все шаровые установки упразднить;

5. Установить вооружение в один пулемет ДТ, пулеметная установка должна обеспечить круговой обстрел поверх кузова как по земным, так и по воздушным целям;

6. Конфигурацию изменить в соответствии с пунктом 5;

7. Прорезать в корме люк для наблюдения при движении задним ходом».

Наша задача не оценить автомобиль, а ознакомиться с его устройством.

Цельносварной, полностью закрытый безбашенный корпус бронемашины выполнялся из 4-7-мм листов катаной стали, обеспечивавшей противопульную защиту — бронировка выдерживала попадание обычных пуль, выпущенных с расстояния 80-100 м.

Бронелисты приваривались к каркасу с рациональными углами наклона, величина которых была особенно значительной в передней и кормовой частях корпуса. Под наклоном была расположена даже крыша корпуса, оборудованная люком, через который можно было вести наблюдение за местностью, а при необходимости и покинуть машину.

Для посадки экипажа, состоявшего из двух человек, в бортах корпуса имелись прямоугольные двери с небольшими окнами, прикрытыми бронекрышками со смотровыми щелями. Двери крепились на наружных шарнирных петлях и открывались вперед, по направлению движения.

Перед дверями на специальных кронштейнах к бортам корпуса крепились запасные колеса.

Слева в отделении управления, совмещенном с боевым, размещался водитель, справа — командир бронемашины, выполнявший обязанности пулеметчика, — ему приходилось обслуживать 7,62-мм пулемет ДТ, смонтированный в шаровой установке в лобовом листе корпуса.

Из запасного пулемета можно было вести огонь через одну из двух амбразур, симметрично расположенных в задней стенке корпуса.

Обзор водителю и командиру обеспечивали лобовые окна, оборудованные бронекрышками со смотровыми щелями и смотровые щели в бортовых дверях.

В моторном отсеке, расположенном в передней части корпуса, был установлен 29,4-киловаттный (40 л. с.) четырехцилиндровый карбюраторный двигатель жидкостного охлаждения «ГАЗ-А», позволявший полуторатонному броневику развивать на дорогах с твердым покрытием максимальную скорость 85 км/ч. При полной заправке топливом запас хода Д-8 составлял 190 км.

В ходовой части с подвеской на полуэллиптических листовых рессорах использовались односкатные колеса на спицах с пулестойкими шинами. Над передними и задними колесами имелись крылья обтекаемой формы, которые внизу смыкались с подножками, образуя с ними единое целое. На передних крыльях были установлены фары в полусферических корпусах обеспечивавшие движение в темное время суток.

Вроде бы, при всех недостатках данного бронеавтомобиля, говорить о какой-то военной судьбе глупо. Никто не будет использовать заведомо плохие машины в бою. Это конечно логично. Но есть и другая логика. Плохая машина, с кучей недостатков все равно лучше, чем полное отсутствие бронемашин…

Именно по этой банальной причине Д-8 участвовали в Зимней войне. Пусть и немногочисленные, буквально штучные экземпляры были в составе 9-й армии в Карелии, в 177-м разведбате 163-й стрелковой дивизии, в 114 разведбате 84 СД.

Судьба большинства машин была трагической. Они были либо потеряны в следствии боев, либо в следствии поломок. За исключением, наверное, Д-8 114-го батальона.

Точно так же можно сказать и об использовании Д-8 в период Великой Отечественной войны. Малочисленные сохранившиеся Д-8 были на фронте. Работали они как машины связи. По крайней мере до конца 1942 года.

Трагедия этих машин ещё и в том, что в период отступления в 1941 году даже те немногочисленные автомобили, что находились в частях западных округов (по некоторым данным начало войны 45 единиц, 19 из которых требовали ремонта) были попросту брошены отступающими.

Тактико-технические характеристики Д-8:

Боевая масса: 1,6 т. Экипаж — 2 человека. Габаритные размеры: длина — 3500 мм; ширина — 1700 мм; высота — 1600 мм;

клиренс — 224 мм.

Источник: http://alex-news.ru/rossijskoe-vpk-113/

Ссылка на основную публикацию